Сегодня, в воскресный день, в нашем храме были отслужены две Божественные литургии – ранняя и поздняя.

За поздней Литургией сослужил диакон Андреевского собора Александр Семашкин.

Настоятель о.Павел обратился к молившимся со словом.

«Притча Господа о званых на ужин, которую мы сегодня слышали, имеет два смысла: прямой и переносный.

Прямой или исторический смысл в том, что богоизбранный народ израильский не принял Христа, распял Его и в дальнейшем был в основном глух к проповеди апостолов, которые обратились к языческим народам. Эти язычники представлены в виде слепых и хромых.

Но для нас важнее переносное значение евангельского отрывка. Как он касается нас.

Это не просто притча — это констатация того горького факта, что люди зачастую к вере приходят не от хорошей жизни. А зачем нужен Бог, когда и так всё, как бы, хорошо? Как в притче: один поле купил, другой — вола, третий — женился. Все что-то получили. И что интересно: эти званые — не просто заняты, и им некогда пойти на ужин. Нет, дело в другом — им этот пир просто не нужен. Им и так хорошо. И не только Бог им не нужен, но и никто не нужен. Ведь на ужине и другие гости будут.

А кому плохо? — Нам. Поэтому мы и здесь, в храме. И всем плохо по разным причинам. Мы как бы полумёртвые. По воззрениям того времени три категории людей приравнивались к умершим: хромые, слепые и прокажённые.

Господь и нам пир в храме устраивает — каждую воскресную службу, и каждый день на Божественной литургии. И мы идём.

Важно, чтобы мы выбирали то, что даёт жизнь.

Часто в Евангелии мы встречаем упоминания о трапезах, пирах, вкушении пищи. Христос встретил учеников однажды с запечённой рыбкой и мёдом. Трапеза в то время — это общение перед Богом. Пища даёт жизнь, а Творец жизни — Господь. Мы поэтому и молимся перед едой, и благодарим Господа.

В мировом океане много пластика находится и часто рыба гибнет из-за того, что, например, проглотит пластиковую бутылку. И сыта как бы, желудок заполнен, но умирает.

Так и многие люди, подобные тем евангельским отказникам, которые не пошли на ужин, испытывали ложное ощущение наполненности жизни. Оно-то и не давало им принять подлинную животворящую пищу.

Будем учиться выбирать настоящую пищу, чтобы иметь жизнь с Господом».